Вел Колдин (velkoldin) wrote,
Вел Колдин
velkoldin

  • Music:

Пепельница и кальян

Ипполит сидел на балконе в полуразвалившемся кресле и курил самодельный кальян. Это произведение искусства было сделано в порыве безудержного одиночества и душевного стенания. Сегодня было меланхоличное настроение, наверное, из-за дождя. Он решил развеселить себя сам, вспоминая известное высказывание древнеегипетского философа: Каждый сам куёт своё счастье. Ну или как-то так. Ну и может не египетский и не философ. Но суть ясна.

Для поднятия духа он нацепил себе на голову маленькую детскую панамку с Винни-Пухом и старые выцветшие безразмерны «семейники». Вынес на балкон ведро, перевернул его и соорудил там скатерть-самобранку. На ней уютно расположились в порядке возрастания ценности: пепельница, черпачок, стакан вишнёвого морса, пачка синего «Честера» и литровая бутылка водки. У каждой вещи на балконе была своя безумная история появления в этой квартире, но Ипполит, последнее время стал каким-то другим. Особенным что ли. Он всё меньше вспоминал о пепельнице и всё больше интересовался девушками. Он почти не думал о черпачке, а часто рассматривал в автобусе ноги попутчиц. Про водку он совсем забыл – его вдруг стала притягивать (страшно представить!) женская грудь, игриво торчащая из летних сарафанов, футболок с вырезом, блузок и даже купальников. Иногда его очень сильно пугали эти метаморфозы, и он старался нарочито уединиться со своими настоящими друзьями, чтобы услышать внутри себя: не утеряна ли их дружба так бесследно, как иногда снится в кошмарных снах.

- Чё выпьем давай? – он обратился к Пепельнице. – Я вот вспоминал недавно одну историю. Расскажу щас тебе. Жахну стопку и расскажу.

Ипполит не соврал. Хотя соврал, но не до конца. Жахнуть-то он жахнул, только не стопку, а черпачок. Именно из него хотелось пить сегодня. 

- Я в общем, когда был студентом, был неимоверно застенчив. Такой, знаете ли, ботаник. Ходил по стеночке. Сидел в лекционной за девять минут до конца десятиминутной перемены. На семинарах отвечал на вопросы доцента, при этом сильно смущаясь. Короче, чмо на чме. Но тогда я безумно фанател от всех девчонок в институте и даже был влюблён в Марину с водохозяйственного.

Ипполит поправил на голове панаму и почесал ногу. Такие, казалось бы, обыденные жесты каждого рядового гражданина Российской федерации, но в этом случае они означали, что гражданин с головой окунулся в воспоминания. За территорией балкона с бешеной скоростью летали ласточки и весело, с задором, кричали на весь район. Друг Матвей, когда «забегал в гости ненадолго», оставался ночевать и утром причитал, что голова болит из-за крика этих пернатых. Смешной такой. Ипполит улыбнулся, налил в черпачок очередные 80 грамм.

- А потом я вырос, - Ипполит продолжил говорить с Пепельницей. – Стало всё как-то неожиданно по другому. Как будто кто-то взял и нажал на какую-то кнопочку. Поменялся я буквально за полгода. Может, потому что записался в секцию бокса. Хотя нет. Это я перепутал. Это из истории про Рокки Бальбоа. Просто поменялся. Начал спокойно относиться к девчонкам. Потом приглашать на танцы. – Ипполит приложился к душевой трубке, которая исполняла роль трубки в его самодельном кальяне. Вода в старом заварочном чайнике-колбе забулькала. Застеклённый балкон наполнился сначала густым дымом и одновременно ароматом дыни. - С одногруппниками вдруг сдружился и всё. Как рукой смело все эти ужимки, комплексы. Я тогда, помню, впервые стих написал. Он, правда, был дебильный, типа: «Я вас любил, я к вам пришёл бы даже ночью…» Чёта дальше не помню. Ну лажа полная была. Чё-то там: «Я б вас пуховым приукрыл и …» блин.. «Я вас любил, я к вам пришёл бы даже ночью, я б вас пуховым приукрыл и нежно чмокнул ваши очи». Ну. Точно так. Аж выпить захотелось. И, наверное, музычку надо поставить. – Ипполит метнулся в комнату и оттуда донеслось: …У меня не жизнь, У меня не жизнь, А абыыыы чо… Усевшись назад в кресло плеснул в тару водочки, намахнул и стал постукивать по ведру рукой, одновременно закуривая кальяном, вместо закуски.

- Ранееееетое сердце бьётся так горячоооо – подпевал Ипполит Ляпису Трубецкому. Эээх! Хорошо-то как. Я такой короче потом долго-долго тусил везде, девчонки были, все дела. Подрядился в одну конторку водителем, работы по специальности не найти было. И как-то в парке познакомился с девчонкой. И такая, знаешь, она была.. как сказать-то. Какая-то вроде и простая и в то же время какая-то необычная. Я погулял с ней, она была, кстати, с моей одноклассницей Ольгой. А потом мы чего-то повыпивали и поехали к Ольге спать. Мне уже и секса-то не надо было никакого. Но я смотрю, что Ирка вроде не отгоняет меня и с нами ехать согласилась с ночевкой. Думаю, будь что будет. Чай не в ЗАГС едем. Шутки шучу. Анекдоты травлю. Смеётся. Положительно настроена в целом. Приезжаем, посидели, попили чай. Я нащупал в кармане джинсовки презерватив и незаметно переложил его в спортивку. Разошлись спать и я, вдруг, был ослеплён видением. О!! Подожди! Вот эту песню добавлю погромче!!!

«Я тебя не скоро позабуду, я тебя не скоро позабудуууу» - Ляпис надрывал колонки, а Ипполиту уже было очень хорошо от водки, закуренной кальяном да всё это на голодный желудок.

- Ну и видение, в общем, у меня, что не надо с ней спать. Не надо и всё. Я и успокоился. Но раз тело девичье лежит рядом я решил соблазнить её на массаж груди. Положить руку на молодую грудь и уснуть, как младенец. И тут-то и началось всё это. Я под майку, она руку убирает. Я в недоумении, понимаешь? Я ещё раз – она убирает руку. Я такой вообще в размышления стал впадать. А чё, думаю, тогда мы спим в одной кровати? Что за философия дзэн или секта шестидесятников? Для чего тогда весь это выпендрёж и, как мне показалось, похотливые взоры на мою расстёгнутую олимпийку? Потом такой бац по лбу себе – ну так, воображаемо –  дурак ты, думаю, Ипполит, это ж ради приличия, просто надо чуток настоять. Хорошо. Попытка номер три. Та же реакция!!!! Щас аж стал заводиться, как вспомню. – Налил. Опрокинул. – В общем, я так бодался своей рукой с её минут 40 и потом неожиданно для себя ослаб и озяб. С утра сделал ещё три подхода по пять упражнений – не даётся. Как будто караулила всю ночь. Такого пассажа я не ожидал и стал одеваться. Проснулась Олька, стала поить меня чаем. Я хотел попросить водки, но сдержался. Валерианки тоже не было. А Ирка сидит рядом в пижаме – ещё бы пальто одела, июнь на дворе – и улыбается. Читаю в глазах еёных: «Ну что? Съел, варяг? Думал так просто тела моего молодого добьёшься? А фигушки! Накося выкуси». А я сижу, смотрю на неё и улыбаюсь тоже. Думаю: «Дура ты, дура. Пользовалась бы, пока мужик рядом. Годы пройдут сама будешь бросаться в объятья, а никого рядом-то и не будет». И понял я всю правду жизни, что есть девчонки, которые ставят себе цели – не давать мальчишкам. И получают от этого своё, необъяснимое, удовлетворение. Как будто бы она Джерри, заманила тебя, Тома, в ловушку и там тебе по одному месту БАЦ мышеловкой. Вот так было взбудоражено моё ранетое сердце. И вспомнил я тогда о вас. Об этом кальяне, об этой замечательной пепельнице и черпачке. Ведро вот тоже стоит себе и не понтуется, что я его перевернул. Хорошо с вами, ребята! Прелесть, как хорошо! Мотьке щас ещё позвоню.  


Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 13 comments