Вел Колдин (velkoldin) wrote,
Вел Колдин
velkoldin

Судьба

Ипполит вошёл в кабину лифта и нажал на кнопку 12. В руках был литр кефира, полкило лука в целофановом пакете и банка тушонки в кармане пуховика. Под мышкой торчал «огнетушитель». 0,7 «Агдама». Лифт задумался на несколько секунд и стал медленно подниматься. Ипполит уже который год ежедневно изучал одни и те же надписи на стенах. Так до сих пор и не узнав, что за такая Ленка Шилова живёт с ним в одном подъезде и почему это она шлюха, если, например, он с ней ни разу не спал. Так же не догадывался за что залошили Димаса. Фамилию не указали эти мастера настенных оскорблений. Наверное, на всякий случай, чтобы можно было отмазаться в случае чего. Лифт остановился и отворил двери. На площадке стояла тётка лет сорока, невысокого роста, аккурат настолько невысокого, что над головой была видна цифра 5.

- Ты куда? Наверх или вниз? – спросил хрипловатый, видимо прокурено-пропитый голос возможной попутчицы.

- Наверх. Проходите, прошу вас.

Тётка слегка приподняла глаза на Ипполита и одарила его таким презрительным взглядом, что ему стало не по себе, за эти «прошу» и «вас». Один глаз у тётки был с фингалом. И лицо на щеке несколько расцарапано. Ипполит ещё раз выругал себя за излишнюю вежливость, но тут же успокоился, это знакомство продлится не более минуты.

Лифт ещё раз остановился. Но двери почему-то отказались открываться. «Блядство» - сказал Ипполит нарочито громко. «Нет, ну чё за херня?» и надавил на жёлтую кнопку, на которой раньше был нарисован колокольчик, а сёйчас там чёрная безформенная точка от сигареты – результат пьяного смелого поступка какого-нибудь тинейджера.

Тётка на маты никак не отреагировала. «Реабилитировался» – промелькнуло в голове у Ипполита.

После нажатия кнопки не последовало никакого не то что движения лифтовой кабины, но и тупо никакого: «Здравствуйте, служба эксплуатации лифтов, Надежда!»

- Ну чё. – Ипполит окончательно снял с себя маску интиллегентишки – кукуем.

- Ну мне тока этого кукуканья не хватало – пробурчала тётка и отвернулась в сторону дверей. Редкие, тусклые, крашеные-перекрашенные волосики торчали из под заношенного выцветшего синего берета собранные в хвост. Куртка на синтепоне была прожжена как минимум на плече. Но всё-таки женщина есть женщина – поэтому резинка, которая скрепляла волосы была с ярко-красным цветком.

«Беседа не пошла», - подумал Ипполит и сел на корточки, облокотившись о стену кабины.

Минут 15 женщина стояла не двигаясь, наверное уставившись в какую-то надпись на дверях. Ипполит даже подумал, что она могла умереть, но раскинув мозгами пришёл к выводу, что в таком случае она обрушилась бы на пол. Потом он подумал, что она наверное работает на заводе оператором какого-нибудь станка. Или может в пекарне. А может и просто продавщицей в павильоне. Не зная чем заняться дальше он стал от безысходности представлять, какое бельё на ней одето, но в тот же миг отбросил эти фантазии, переживая за свою потенцию. Достал мобильник и набрал Мотьку.

- Ало

- Привет, Мотка.

- Привет, Ипполит. Ты чё уже пришёл?

- Ага. Я пришёл на конечную.

- На какую конечную?

- На конечную остановку своего жизненного пути, Матвей.

- В смысле?

- В смысле – челюсти отвисли. Шучу я. Прикинь, я в лифте застрял.

- Это как? Ну, в смысле, я понял. И чё теперь?

- Ничё. Сижу тут. Кукую. Сходил, называется, пожрать купил.

- А чё там делаешь то вообще?

- Ну как чё? Играю в водное поло, а потом пойду на воздушном шаре кататься.

- Гыгыгы. Орёшь?

- Нет, Матвей, серьёзно говорю. Ладно, тут ко мне девушка пристаёт, я отключаюсь. Если я умру передай Ольге, что я её любил и её блины были отменными!

- Какой Ольге? – Матвея не смутило, что умрёт друг. Поэтому расстроенный Ипполит отключился.

Ещё минут 10 пролетели со скоростью пешехода. Передвигающегося на костылях. Ипполит уже выучил все местоположения лифтовых записок на стенах и запомнил имена всех отбросов общества, которые были отражены на этой «Доске антипочёта». Ничего не оставалось, как начать вкушать те явства, которые у него были с собой.

- Девушка, может всё-таки повернёшься. Чо ты там окисла в одну точку смотреть? Меня Ипполит зовут.

- Ольга – буркнул затылок тётки.

- О! Прикольное имя. Мою первую жену так звали. Как княгиню. Но я не про то. Портвейн будешь пить? С кефиром или с луком. Из горла.

Ольга повернулась. Тоже села на корточки.

- Буду. Чё делать-то. Нечего.

Ипполит перочинным ножечком вскрыл флян, и передал новой знакомой бутылку. Развязал пакет, порезал луковицу на 4 части и положил на пол, поверх пакета.

Ольга жахнула добрые 3 глотка, не как дева, но как муж. Ипполит присвистнул и протянул ей четвертинушку луковицы.

- Чё смеёшься? Чё тут закусывать. Компот твой портвейн.

- Ну мало ли. Моё дело предложить. Нет так нет. Мы живём в свободной стране, Ольга. – Ипполит принял в руки эстафетную палочку и намахнул портвешка.

- Ну что, рассказывай, Ольга, куда путь держала?

- Да никуда. Дома то чё делать. Эта падла нажрался опять. Чё ждать? Пока в рожу даст опять? – она слегка осмелела и уже не прятала подбитый глаз, а смотрела прямо в лицо Ипполиту.

- О как! А чё дерётесь-то? Из-за книг?

- Ты чёё! Каких книг – шутка юмора не зашла – из-за синьки и дерёмся. Сначала у нас видишь ли любовь – тётка протянула руку и сама взяла бутыльмен. Глотнула. Отдала назад и полезла в карман. – Слыш, а дай сигарету?

Ипполит ухмыльнулся от такой простоты, но протянул пачку «честера». Ольга закурила и продолжила.

- Вот три дня назад. Я пришла с работы, картошку пожарила, с фаршем – у нас оказывается ещё с нового года в морозилке остался как-то. Он пришёл уже датый, принёс ещё бутылку – закалымил на работе, он столяр, чёта где-то кому-то выпилит ему пару пузырей дадут. Ну, вот у нас любовь. Картошка с мясом, водка. Сели за стол. Болтаем так ни о чём, он то про Петровича своего шефа расскажет, то про Андрюху напарника, я про всякие сериалы чёта ему там втирала. Ну и чота он пьянеет и пьянеет, уже грамм сто пятьдесят осталось, я говорю: Саньк, тебе хватит уже. Он как рявкнет: Ты чё за меня решать будешь!??! – Ольга затушила сигарету об пол и опять взяла бутылку у Ипполита. Глотнула. Отдала. Продолжила монолог. – Я вообще ему ни слова. Села, молчу. Он выпил ещё стопку и пока я чёта задумалась каааак даст мне в рожу. У меня аж искры из глаз. Я говорю: Ты чё?! Белку словил? Он мне: Это тебе за Косматого. Здец. Вспомнил. С Лёхой Косматым были у меня шуры-муры ещё когда мы жили в двухэтажке за мостом. Это уже лет 12 прошло. И вот как только переклинет его, так и вспоминает тот случай. И щас вот тоже. Сидит глыкает в одну харю, чё мне там сидеть, ждать нового фингала? Вот и ушла. Сказала, что к Катьке пошла. Щас нажрётся, начнёт звонить. А меня там нету. Вот и жди Ольга вечером новых синяков. Эээх, судьба есть судьба. Как тебя звать-то? Имя какое-то не русское я забыла

- Ипполит

- Ага. Ипполит. Еврей чтоль?

- Нет. Славянский румын. – отшутился Ипполит.

- Ого. Ну румын, так румын. – очередной провал в шутке – Я вот в судьбу верить стала. Если суждено получить по роже – то получишь хоть как ты не крути. Тут как-то смотрели фильм американский, я названия не помню, по второму каналу показывали, вот там говорится, если судьба умереть то ты и на унитазе смерть найдёшь, или на улице кирпич упадёт. Давай хоть выпьем за судьбу что ли?

Ипполит глотнул портвейна и, не зная, что добавить, зажевал таки луком. Печальный образ тётки Ольги с её суженым нарисовал бесперспективное будущее России и всего человечества в целом.  Фатальность всего происходящего в этих четырёх стенах действовала наиболее угнетающе. Ипполит решил поделиться своими мыслями с новой знакомой. В теле было тепло и он прислонился спиной к стенке лифта и вытянул ноги.

- Знаешь, Ольга. А ты не думала, о том, что если бы сейчас лифт не застрял ты бы шла к Екатерине и тебя могла сбить машина. А тебе судьба послала плюсом меня с портвешком. Понимаешь тут как смотреть на ситуацию?

- Ну ты даёшь – Ольга хрипло рассмеялась и показала ряд неровных зубов с явным отсутствием двух составляющих. – чё все румыны такие умные?

- Ну почти. Так что сиди тут со мной. В тепле. С сигаретами, выпивкой и луком. И не гунди. Жизнь продолжается, Ольга. И это не может не радовать!

Больше говорить было не о чем. Разные люди, разная жизнь. Не будь этой пробки в лифте, они никогда в жизни не пересеклись бы. И, значит, всё-таки судьба для чего-то их свела тут. Лифт дёрнулся и заскрипев поднялся на 12ый этаж. Ипполит вышел, за ним вышла и Ольга: «Ну его к чертям. Пешком до пятого спущусь, дома останусь, а то мой ещё сожгёт себя и квартиру. Пойду хоть спать уложу его»

- Давай, Ольга. Пока.

- Пока.. блин.. опять забыла как тебя.

- А, не важно – сказал Ипполит удаляющейся спине. И подумал, что судьба спасла Саньку от смерти в горящей квартире. Наверное так.


Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 15 comments